Сны о советской родине
Фото: Валерия Кузора / «Русская планета»

Фото: Валерия Кузора / «Русская планета»

Приморские села, глава которых говорил в Москве о «скором рабстве», мечтают о возрождении совхозов

В конце марта на Московском экономическом форуме выступил глава Чкаловского поселения из Приморья с откровенной речью о непростой жизни на селе. Его заявление, что скоро часть россиян окажутся в рабстве, встретили аплодисментами и перепечатали во многих федеральных СМИ. «Русская планета» отправилась в озвученное на всю страну поселение, пообщалась с местными жителями и узнала, почему они так живут.

В Москве Всеволод Ию сказал, в частности, следующее: «В моем поселении есть деревня, где земли вокруг скупили при попустительстве местной власти, а может, и не без мотивации. И жители оказались в осаде. Им говорят: за деревню не выходите, земля в собственности, лес в аренде, коров не пасите. Они вынуждены пасти коров по ночам. Скоро часть населения будет в рабстве, мое такое мнение. К этому все идет. Сначала продали земли, раздали леса, потом в течение нескольких лет раздали кредиты населению, независимо от его платежеспособности, люди стали должны банкам, коллекторам».

Чкаловское находится примерно в 200 км от Владивостока. Поселение старое, основано первопоселенцами из украинских губерний в 1892 году. Нынешний глава занял должность осенью 2015-го. Он коренной приморец, большую часть жизни прожил в селе Свиягино, занимался бизнесом. Шесть лет назад возродил выращивание риса в родном районе, на данный момент предприятие, которое он создавал, засевает 1000 га риса для продажи жителям. Позднее занял пост председателя думы Спасского муниципального района.

В здании администрации идет косметический ремонт. В кабинете Ию стоят стол, стул и лавочка, больше он ничем не обставлен.

– Я помню, как в советское время район развивался, животноводство процветало, были совхозы на тысячи гектаров. Ведь рис тут выращивают с 80-х годов, но во время перестройки все загнулось. Сейчас в поселении живут шесть тысяч человек, а в начале 90-х было десять тысяч — существенное уменьшение для этой местности, — рассказывает руководитель. — Предыдущий глава стоял у руля 10 лет и давал налево и направо разрешения на продажу земли вокруг поселков. Меня категорически не устраивало, как он работал и как относился к людям. Я считаю, что землю покупают, чтобы заниматься спекуляцией. Эти частники готовы сдать участок в аренду, но суммы для сельчан неподъемные: один гектар стоит около пяти тысяч рублей. У большинства людей вода подвозная. В несколько многоэтажек, садик и школу подается техническая вода, но пить ее нельзя. Жители некоторых частных домов на свой страх и риск сделали скважину, но это удовольствие стоит 100–200 тыс. рублей — мало кто в деревне так богат, чтобы себе позволить такую роскошь.

В Чкаловское сельское поселение входят четыре села и железнодорожная станция Свиягино. Дороги везде асфальтированные, довольно хорошие для сельской местности. Дома самые разные: небольшие деревянные с облупившейся краской и ржавой крышей, кирпичные, ухоженные с пластиковыми окнами, возле некоторых таких дворов стоят недешевые японские машины. Встречается и типовое жилье — несколько одинаковых рядом стоящих домов. По данным жителей, их строили для работников совхоза.

По словам главы поселения, основные рабочие места здесь — в бюджетных организациях. В Чкаловском работают сельскохозяйственный технологический колледж, исправительная колония общего режима, дом-интернат для престарелых, участковая больница, в Свиягине — карьер туфа «Спасскцемент», железнодорожная станция, в Зеленодольском — приют для детей и подростков. В каждом поселке есть детский сад, школа и фельдшерско-акушерский пункт. Крупнейшие владельцы земли — сельхозпредприятия. «Мерси Трейд» владеет 11 тыс.га, засеянными кукурузой и соей, свой комбикормовый завод, современный свиноводческий комплекс. Рис и другие зерновые выращивают «Примселькор», «Три кита», «Спасское».

Раиса Васильевна и Анатолий Васильевич Хорольские родились в Чкаловском. В советское время она была учительницей, он — крановщиком. Вспоминают: тогда безработных здесь не было. Большинство жителей трудились в совхозе «Свиягинский», на свинофермах и посевных работах.

Сейчас Анатолий Васильевич «иногда нанимается к одному армянину за копейки». Хорольские как раз из тех, у кого скупили землю частники. Вернее, они им сами ее продали.

– Пытался подзаработать в частной фирме, месяц на кране работал, денег так и не дали, — рассказывает глава семьи. — Земля раньше была у всех, потому что учителям, врачам и колхозникам выдавали по 5 га, сейчас она вся скуплена предпринимателями. Мы добровольно ее продавали, потому что денег на то, чтобы платить налоги, не было, да и без спецтехники такие площади не обработаешь, не нужны они простым людям.

В 12 км от Чкаловского находится село Зеленодольское. Более 30 лет тому назад молодые семьи ехали сюда со всего Приморского края за хорошими условиями для работы на селе. Посреди села стоит новое современное здание приюта для детей, а почти напротив Дом культуры — мрачное строение с поржавевшими рамами, с пленкой вместо стекол на некоторых окнах, подлатанное местами. Он работает: проходят вечера, дискотеки, днем сюда можно прийти в библиотеку или на кружки.

Это то самое село, где в домах есть краны, но нет питьевой воды. До перестройки в Зеленодольском была большая котельная, но с середины 1980-х накопились долги, и в 1995 году отопление отключили, а постройку разобрали по кирпичикам. Канализацию и водоснабжение отключили тоже. Несколько лет назад хотели оборудовать колонки, но дело до конца так и не довели.

Нина Гадай. Фото: Валерия Кузора / «Русская планета»

Нина Гадай. Фото: Валерия Кузора / «Русская планета»

У дома Нины Гадай в полуметре от калитки разбиты несколько аккуратных грядок, с другой стороны — пока еще пустующие клумбы, двор выглядит очень ухоженным. В доме на полу ковры, очень чисто. Хозяйка родилась в селе Сташевка, ее мать была одной из первых, кто переехал в Зеленодольское. На стройке рисоводческого совхоза «Зеленодольский» (строили с 1978 по 1984 годы) Нина Владимировна работала главным диспетчером, а ее муж — механизатором. В совхозе работали почти 300 жителей села из общего населения в 1000 человек (сейчас всего в населенном пункте осталось 400 жителей). Помимо риса, выращивали сою и кукурузу. Была и ферма, и старшая школа.

– Самые наши большие проблемы связаны с тем, что работать негде, а соответственно, денег нет, — объясняет РП Гадай. — Ведь мы даже овощи с огорода продать не имеем возможности, потому что до Спасска далеко, если машины нет, то добираться непросто и недешево: два раза в день ходит маршрутка и два раза — автобус. Билет в одну сторону стоит 145 рублей. Мало кто ездит, для автобазы это убыточно. Раньше были госзаказы: человек вырастил два центнера картошки и сдал, некоторые тоннами сдавали.

Ее сосед, молодой парень, ездит во Владивосток на заработки: три недели проводит в городе, на неделю возвращается к матери-пенсионерке. Вахтовым методом, по свидетельствам жителей, вынуждена зарабатывать большая часть молодежи. Своих детей, рожденных здесь, оставляют на бабушек и уезжают.

То, что землю здесь 20 лет назад продавали добровольно, нам подтвердили все встреченные местные жители. Бывших колхозников, которые остались бы в 90-е здесь, отстояли технику и перетерпели трудные времена, нет. Мало и таких, как Ию, которые занялись бы возрождением хозяйств уже в новое время.

– Люди хотели продавать участки, — соглашается глава, при этом настаивая на вине своего предшественника, — но руководитель должен быть разумным и замечать, что есть земля, которую нельзя выделять под пахоту, иначе коров негде будет пасти.

За день пребывания в двух селах мы только однажды наткнулись на пьяницу и ни разу не видели бездомных. Практически все, к кому мы стучались в калитку, оказались не асоциальными элементами, а пенсионерами и трудягами. Просто они оказались не готовы к новой реальности и не знали, что для будущего лучше сохранить землю любой ценой или уехать. Теперь дрова на зиму из родного леса они покупают, а рис едят такой, какой стоит дешевле в магазинах.

И сегодня они надеются, что ситуация изменится по привычной для них схеме — сверху. То, на что жаловался в Москве Ию, кажется жителям не происками спекулянтов, а закономерным процессом.

– Я не виню нашего бывшего главу. Новый глава по большей части говорит правду и правильно, только вот ничего не изменится, пока лично Путин не возьмется за развитие сельского хозяйства. Вероятно, федеральные деньги выделяют, но к нам они не доходят, потому что чиновники привыкли воровать, это уже у них по крови или по воздуху передается, черт его знает, — рассуждает Раиса Хорольская. — А надежда, что будут возрождать совхозы, все равно у меня теплится. Ну, а как же? Ведь сельским тоже хочется жить хорошо и достойно в своей родной стране.

Казино начинает и проигрывает Далее в рубрике Казино начинает и проигрываетОператору официальной игорной зоны «Приморье», работающей всего полгода, угрожают банкротством Читайте в рубрике «Титульная страница» Пропаганда пенсионной реформы, или о чем нельзя говоритьКак ведут себя средства массовой информации России в преддверие нового закона? Пропаганда пенсионной реформы, или о чем нельзя говорить

Комментарии

Авторизуйтесь чтобы оставлять комментарии.
Интересное в интернете
Читайте самое важное в вашей ленте
Подпишитесь на «Русскую планету» в социальных сетях и читайте наиболее актуальные материалы
Каждую пятницу мы будем присылать вам сборник самых важных
и интересных материалов за неделю. Это того стоит.
Закрыть окно Вы успешно подписались на еженедельную рассылку лучших статей. Спасибо!
Станьте нашим читателем,
сделайте жизнь интереснее!
Помимо актуальной повестки дня, мы также публикуем:
аналитику, обзоры, интервью, исторические исследования.
личный кабинет
Спасибо, я уже читаю «Русскую Планету»