По пути наибольшего сопротивления
Преодолением городских барьеров Артем занимается каждый день. Фото Валерии Белоус

Преодолением городских барьеров Артем занимается каждый день. Фото Валерии Белоус

Почему инвалиды в колясках не могут передвигаться по Владивостоку

Любой, кто гулял по европейским городам, мог отметить большое количество людей в инвалидных колясках на улицах, в магазинах, ресторанах. Эта особенность настолько непривычна для русских, что сразу бросается в глаза. В России шаги по организации городского пространства с учетом потребностей маломобильных горожан если и предпринимаются, то настолько формально, что не решают проблемы «неравных возможностей». В этом корреспондент «Русской планеты» убедилась, прогулявшись по Владивостоку с руководителем организации инвалидов-спинальников «Ковчег» Артемом Моисеенко.

Прогулка с препятствиями

Артем восемнадцать лет назад попал в аварию. Водитель машины, в которой он ехал, не справился с управлением. Пассажир получил тяжелую травму позвоночника.

– Сначала, конечно, меня одолевали только дурные мысли. Я не хотел жить и не понимал, почему современные технологии не могут оживить мои ноги. Но со временем пришел к тому, что я могу помочь себе сам. Да что там себе, при желании — всем. Стоит только запастись терпением, — с улыбкой рассказывает Артем.

Мы разговариваем на кухне офиса «Ковчега». Здесь есть несколько спальных комнат и столовая. На стенах висят грамоты и фотографии. В напольных шкафах — инвентарь для спорта, в коридоре — несколько инвалидных кресел.

По словам Артема, он часто остается здесь ночевать. И даже не потому, что его держит работа. Просто офис находится на первом этаже, а его квартира, где он живет вместе с мамой, — на втором. Подняться на коляске даже на несколько ступенек — большой труд.

Сейчас во Владивостоке действует программа «Доступная среда». Ее цель — формирование безбарьерного доступа к культурным, спортивным, административным и всем социально значимым объектам для людей с ограниченными возможностями. По сообщению местной администрации, на проект было выделено 63,1 млн рублей. Но, по словам самих «маломобильных» горожан, несмотря на отчеты чиновников о проделанной работе, результатов так и не видно.

– Пока построенные площадки для инвалидов просто не пригодны к использованию, — сокрушается Артем. — Например, есть набережная, которой и недавний ремонт не помог — она по-прежнему остается для нас закрытой.

Туда мы и отправляемся. Выйти из дома Артему помогает его мама Вера Захаровна. Она подает сыну куртку и, взявшись крепко за ручки коляски, всем телом продвигает ее вверх по «рельсам» на лестнице, ведущей к выходу. Эту конструкцию они соорудили себе сами. От пандусов, что устанавливают в жилых многоквартирках управляющие компании, здешний «агрегат» отличается шириной и высотой рельсов. К тому же на стенах закреплены удобные поручни, помогающие человеку самостоятельно преодолеть как спуск, так и подъем.

До центра города мы добираемся на служебном автомобиле. Колясочнику уехать с улицы Кирова, где находится «Ковчег», по-другому просто невозможно. Низкопольные «Маны», предназначенные для перевозки малоподвижных пассажиров, ходят пока не везде. А в других автобусах пандусов нет.

На набережной, как и в любой солнечный день, сегодня народу много. Кричат дети, смеются подростки, в припаркованных рядом машинах играет музыка.

Артем сам крутит колеса. Но ему постоянно приходится контролировать скорость коляски из-за того, что брусчатое полотно уложено «волнами».

Мы продвигаемся к центральному фонтану, но вскоре встречаем преграду — высокий бордюр и слишком резкий бетонный выступ, пародирующий пандус.

– Если я попытаюсь сюда заехать, то могу грохнуться на спину и удариться головой. А у тебя вряд ли хватит сил меня подтолкнуть, — объясняет Артем. — Да и не только мне неудобно. Взгляни, как сейчас будет идти девушка на каблуках.

Незнакомка меняет положение ног и боком перешагивает выступ. Мы следуем ее примеру и отправляемся дальше. Артем, не проехав и пяти метров, снова останавливается.

– А вот здесь не назад, а вперед можно упасть, выпав из коляски, — упершись колесиком о небольшой бордюр, показывает мне «ковчеговец». — Вроде наклон сделали для заезда, а мне все равно нужно подпрыгивать вместе с коляской.

Нам приходится двигаться по проезжей части навстречу машинам в поисках заезда на брусчатку.

Мой спутник рассуждает: когда шла реконструкция набережной, проектировщикам следовало позвать самих инвалидов, которые бы легко объяснили, как им удобно передвигаться и что для этого надо сделать.

– А сейчас вроде ремонт прошел, но доступа к набережной у нас все равно нет. Не меньше мучаются те же мамочки с колясками, когда пытаются пройти через высокий бордюр.

При этом наш герой отмечает, что смысла вкладывать большие деньги в доступную среду он не видит. Элементарные вещи можно сделать за копейки.

Ни одного инвалида-колясочника мы, гуляя по набережной, так и не встретили. Впрочем, как отмечает Артем, высокими бордюрами и неудобными пандусами от людей, использующих для передвижения коляски, отгорожены все прогулочные зоны Владивостока.

Выход через черный ход

От моря до ближайшей автобусной остановки мы идем полчаса, хотя обычно сама я преодолеваю это расстояние минут за десять. С тем, кто передвигается на коляске, это сделать немного сложнее: съезды с тротуаров и заезды на них для инвалидов не предусмотрены. Мне приходится или помогать Артему въехать на очередной бордюр, или он сам запрыгивает на него вместе с креслом.

– Давай купим воды, — предлагает он мне.

Нам повезло, на входе в супермаркет есть пандус. По словам Артема, «довольно неплохой». Двери открываются автоматически, в помещении — ровный пол. Вот только товар лежит на высоких полках, и нет удобных корзинок. В наличии только тележки, размером с детский автомобиль. Будь мой спутник один, без помощника он бы не справился.

– Сюда мы хоть без проблем зайти смогли. Иной раз нужно просить прохожих, чтоб помогли меня занести. Но я в таких магазинах почти не бываю, — рассказывает он.

Дальше у нас новое испытание — общественный транспорт.

Мы ждем автобус №15. Для нас подходят только немецкие «Маны». Когда один из них подъехал, люди с остановки ринулись в открытые двери.

– Надо попросить, чтоб пандус опустили, — говорит мне Артём.

По идее, это должен делать кто-то из пассажиров, ведь водитель не может покидать свое место.

– Давайте откроем эту крышку, — показывая на пандус, обращаюсь я к ним.

Видимо, шофер нас заметил. Он нажал на какую-то кнопку, и борт автобуса опустился до уровня тротуара. Двое парней, стоящих около двери, дергают за крючок и пандус ложиться на дорогу. Артем без труда заезжает внутрь. Водитель подъехавшего сзади автобуса раздраженно сигналит.

– Хорошо, что нам помогли. Такое бывает не всегда, — говорит мне Артем. — Было несколько случаев, когда водитель автобуса, видя на остановке инвалида в коляске, просто давал газу и быстро уезжал.

Дорога была недолгой. Буквально через 15 минут мы уже стояли у двери кинотеатра «New Wave» на Первой речке. Здесь инвалидов вообще не рассматривают в качестве своей аудитории. У входа не оказалось даже пародии на пандус. Артем обратился к трем стоящим неподалеку молодым людям. Они тут же к нам подошли.

– Как лучше брать: сзади или спереди? — спросил один из откликнувшихся.

– Вы, вдвоем по бокам возьмитесь за колеса, а один пусть за мной встанет, — объясняет Артем.

Я открываю двери, и мы направляемся к кассе. Девушке за стеклом я объясняю, что со мной инвалид. Ко мне подходит администратор и предлагает посмотреть кинозал. Пандусов там тоже нет. Только многоступенчатая крутая лестница. Места для неходячих зрителей не предусмотрены.

– Это не проблема, — говорит администратор. — Я сейчас позову охранника и крупного грузчика Васю. А сидеть ваш спутник может в своем кресле рядом с обычными местами. Там как раз есть для этого небольшая площадка.

Персонал получает инструктаж от Артема и медленно поднимает его по лестнице. Билетерша под ноги светит фонарикам, чтоб в темноте никто не упал. Фильм идет два часа.

После сеанса трое помощников решают открыть черный ход. После того, как остальные зрители покинули зал, нам показали более удобный выход — вместо пятнадцати ступенек там их было всего три.

Наша прогулка для Артема — это его ежедневное испытание. В отличие от многих владивостокцев, не имеющих возможности ходить и поэтому замуровавших себя в своих квартирах, мой спутник на борьбу с городскими барьерами выходит каждый день. А совсем скоро все «ковчеговцы» планирует устроить двухмесячное автопутешествие по России и, если удастся, то и пробежаться на колясках в США.

– Достигай невозможного! — говорит мне Артем на прощание и с улыбкой смотрит в глаза.

«Тут много денег и перспектив» Далее в рубрике «Тут много денег и перспектив»«Русская планета» узнала, как Владивосток воспринимают приезжие   Читайте в рубрике «Титульная страница» «Росавиация» была в курсе возможного падения АН-148Первые выводы о том, почему упал АН-148, шокировали даже экспертов «Русской Планеты», высказывавших различные предположения о причинах катастрофы «Росавиация» была в курсе возможного падения АН-148

Комментарии

Авторизуйтесь чтобы оставлять комментарии.
Интересное в интернете
Дискуссии без купюр.
Читайте «Русскую планету» в социальных сетях и участвуйте в обсуждениях
Каждую пятницу мы будем присылать вам сборник самых важных
и интересных материалов за неделю. Это того стоит.
Закрыть окно Вы успешно подписались на еженедельную рассылку лучших статей. Спасибо!
Станьте нашим читателем,
сделайте жизнь интереснее!
Помимо актуальной повестки дня, мы также публикуем:
аналитику, обзоры, интервью, исторические исследования.
личный кабинет
Спасибо, я уже читаю «Русскую Планету»